Тетрадь XXIX.

"Бесконечные дорожки в парке. Кто бы мог подумать, что здесь столько деревьев и цветов... Вперёд за ускользающей тенью! На борьбу с отвлечённостями, как когда-то по очереди вся "стая волков"!
Очередной поворот в лабиринте. В лучах восходящего солнца ранним утром. Только для того, чтобы суметь перевернуться на другой бок и взглянуть на свою половинку, которая ещё пребывает в стране грёз и снов.
Утреннее солнце нежно дотрагивается до плеч, ворошит разметавшиеся по подушке волосы и сладко шепчет: - Сегодня.
А он, уже проснувшись и не найдя половинку себя, повторяет слова своего сумасшедшего друга:
- Я буду искать тебя всегда и везде, потому что я знаю, что ты существуешь. В этом мире или каком другом, но существуешь... Я отправляюсь на поиски сегодня, потому что больше не могу ждать. Я буду искать тебя высоко в небесах среди птиц, глубоко в океане и в далёких равнинах чужых стран. Я буду искать, зная, что ты есть...
Но солнце уже взошло, и поезд считает километровые столбы, напевая проводами и отстукивая колёсами, что Она должна быть в белом-белом платье с распущенными волосами.
Чужой город. Чужое измерение. Здесь даже два солнца и ни одной луны. А тень любви опять ускользает... Последний раз он видел её в зеркале, когда она извивалась, подобно змее. Но с тех пор её приметы изменились...

Мы все возвращаемся в детство, когда нам становится плохо, всегда зная, что мама защитит и поймёт, даже когда ты не прав... Пощёчина! Голова от сильного удара безвольно поворачивается в сторону.
- За что? Мне больно!
- Больно не твоему телу, а душе, которая угасает с каждым днём.
Нисхождение. Как это легко. Как это ужасно...
... Волна за волной набегают на морской берег. Он совершенно один бредёт по колено в воде по этой гулкой пустоте.
Совершенствование одиночеством. Первым в этом ряду стоит Христос. Его белые одежды развеваются на ветру, а ноги переступают в вышине небес, кровоточа и оставляя в синеве следы одинокого странника. Капли святой крови падают на лицо и береговой песок, указывая путь на Голгофу... Смешение чувств.
- А как же, Боже, этой участи избежал Майк?
Эхом в небе пронеслось: - "Сберёгший душу свою потеряет её; а потерявший душу свою ради Меня сбережёт её".
Волной смыло все слова, написанные в последние мгновения на песке. Тучи разорвались, и хлынул яркий луч света к ногам Эдгара. Единственное, что он увидел: босые израненные ноги и края белых одежд.
- Я пришёл, чтобы спасти тебя.
- Что за глупости?
- Разве тебя не предупреждали, как опасно встречаться с собой?
- Да... Мне говорили об этом, но в абсурд я не верю!
- Смотри, смертный! - прогромыхало в небесах. Молния сверкнула в указанном направлении... Поворот головы.
- Не может быть!!!
По береговой кромке по колено в воде, как в зеркальном отображении, приближался ещё один Эдгар. От его дыхания в воздухе образовывались снежинки...
Тучи вновь сомкнулись. И Эдгара, настоящего Эдгара, какие-то силы вытолкнули с острова. Очутившись в нигде, он опять полетел вниз, измученный и обессиленный. В полной темноте он цеплялся за что-то в надежде остановить падение, но чьи-то руки толкали его дальше и дальше. Со всех сторон раздавались голоса:
- Он падает!
- Этого и следовало бы ожидать!
- Задержите его!
- Зачем? Он хотел этого!

Нисхождение. Часть 2. Среди мусорных ящиков и грязных луж нечистот жила бестелесная душа. По ночам она пряталась за ящики, а днём робко выглядывала, чтобы краем глаза взглянуть на что-то яркое вверху, называемое солнцем... Во время дождя подставить лицо к небу, чтобы капли дотронулись до него, поражая своей благодатью...
... "И обратился я, чтобы внушить сердцу моему отречься от всего труда, которым я трудился под солнцем".
- Нет!!!
- Глупый, смотри!
Широко распахнутые глаза не отрываются от видения: среди всеобщего Хаоса и Темноты, за жирно отчёркнутой полосой Жизни, стоит Она. Та, которую он искал.
- Я здесь. Тебе осталось только протянуть руку! Ведь это так легко...
Он сделал один шаг. Потом другой... Полёт прекратился, как только раздался Её сумасшедший хохот, выбивший последнюю почву у него из-под ног: - Наконец-то, ты наш!!!
В этот момент он осознал, что совершил непоправимую ошибку, шагнув туда, откуда нет возврата.
... "Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою"...